Связаться с нами

pic pic

Погоня за счастьем. Часть I

В своем интервью Алекс рассуждает о том, почему у людей часто не получается быть счастливыми, несмотря на все их отчаянные попытки это сделать. И дает ответы на вопросы, которые беспокоят каждого мыслящего человека.

 

— Итак, Алекс. Не будем ходить вокруг да около. Самый главный вопрос: что такое счастье? Скажи, пожалуйста.

— Начнем с того, что люди, как правило, понимают под счастьем. Большинство воспринимает счастье как некий комплекс внутренних состояний — некоего рода мысли, настроения и ощущения, которые переживает человек.
Но, на мой взгляд, это очень ограниченный способ говорить о счастье — хотя бы потому, что любые внутренние состояния и переживания на сегодняшний день можно создать с помощью достаточно несложного набора химических средств.

 

— То есть при таком подходе счастье человека сводится просто к каким-то химическим реакциям?

— Именно. Говоря упрощенно, эмоциональные состояния, мысли ощущения и настроения, которые мы переживаем, — это реакция мозга на внешний раздражитель, в подавляющем большинстве случаев — автоматическая. Эта реакция происходит ниже уровня осознания за несколько секунд до того, как возникает в нашем восприятии. Этот автоматизм восприятия — то, как он устроен, то, что мы в принципе не имеем к нему осознанного доступа и, более того, не берем его в расчет, руководствуясь в повседневной жизни крайне устаревшими представлениями о том, как работает осознание, — всё это вместе делает нас заложниками происходящего.

 

— Физиологический подход?

— Можно так сказать. Но суть в том, что счастье как комплекс внутренних состояний, появляющихся в результате определенных обстоятельств, включая успехи и неудачи, других людей и их действия и так далее, — это очень ограничивающий подход.

 

— Получается при таком подходе, что счастье человека зависит от обстоятельств и внутренних ощущений?

— Именно! То, как люди сегодня стандартным образом рассматривают счастье, ставит их уровень счастья в зависимость от того, что они переживают “внутренне”. А это в свою очередь практически полностью ограничено автоматическими реакциями мозга на обстоятельства нашей жизни — в соответствии с тем, что с нами происходило в прошлом. Обстоятельства, с которыми мы сталкиваемся, мы никак, в общем-то, не контролируем, как не можем повлиять и на события, которые уже произошли.

 

— С прошлым понятно, но неужели мы совсем ничего не можем сделать, чтобы изменить обстоятельства на пути к счастью в будущем?

— Можем только пытаться: избегать каких-то ситуаций или, наоборот, стремиться к созданию других, но любые вариации на эту тему оставляют очень мало места для счастья. В итоге мы всё равно становимся заложниками цепи случайностей, которые порождают обстоятельства. Вывод такой: широко распространенный способ смотреть на счастье практически гарантирует его отсутствие.

 

— Окей. С тем, что есть счастье в понимании большинства людей и почему это не работает, мы разобрались. Так что же счастье тогда с твоей точки зрения?

— Возможность быть и жить в соответствии с тем, что ты выбрал. То ощущение жизни, которое этому соответствует…

 

— Другими словами, счастье — это выбор?

— Скорее, жизнь в соответствии со своим выбором — вот это счастливая жизнь.

 

— Это счастье. Отлично. А нужно ли вообще человеку быть счастливым? Это необходимое его состояние или нет?

— Вообще, можно спросить: нужно ли человеку БЫТЬ? Может ли человек свою жизнь прожить и никогда не БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ? Можно ли свести жизнь человека к существованию, например, коровы? Тоже поел, поспал, полежал.
Да, есть у человека какой-то доступ к более рафинированным или интеллектуальным удовольствиям: сходил в кино, музыку послушал, выпил вина… Но на самом деле — чем это не вариация животной жизни, более изысканный, “luxury”-вариант.

 

— Нужно ли человеку быть чем-то большим, чем просто животным?

— Ну, не то чтобы это было нужно… Но наверняка, если бы человек столкнулся с таким выбором впрямую, ответ был бы очевиден. Более того, я думаю, что любого рода личностные кризисы связаны со сведением бытийности человеческой жизни и ее проживания к некоей вариации животного существования, пусть даже и с какими-то элементами рафинированного удовольствия.

 

— Получается, выхода нет? И что же тогда делать?

— Смотря кому. Тем, кого устраивает его жизнь, — просто жить и наслаждаться жизнью. А тем, кто, пытаясь получить это удовольствие, не находит себя и ощущает беспокойство, необходимо понять, что все попытки это сделать не создадут им то ощущение от жизни, которое действительно важно, которое является следствием своего собственного выбора относительно своей жизни.

 

— Хорошо. А вот откуда берется эта потребность? С чего начинается поиск счастья? Как ты считаешь?

— С одной стороны, эта потребность (потребность счастья как я о нем говорю — состояния, соответствующего проживанию выбранной, свободной и реализованной жизни) — это просто сама суть человеческой бытийности. Мы — ты, я и все остальные — просто так сделаны. Но чтобы не претендовать на истину, я оставляю возможность существования некоего другого способа быть счастливым. Однако я абсолютно убежден, что на самом деле никакого другого способа нет. И любой поиск альтернатив проживанию осознанной, выбранной жизни будут создавать в жизни тех, кто идет таким путем, всё больше и больше “несчастья”, вызванного неудачными попытками испытывать постоянный набор приятных внутренних состояний. И кстати, парадоксальным образом путь выбранной жизни создает гораздо больше “приятных” ощущений, чем попытка эти ощущения создать. Как ни крути, погоня за счастьем наполняет твою жизнь именно погоней, а не самим вожделенным счастьем. В то время как свободная реализованная жизнь создает счастье как побочный эффект, о котором не приходится особенно беспокоиться.

 

— Договорились. А что ты имеешь в виду под этой “свободной реализованной жизнью”?

— Ну, я бы сказал, это такой способ быть и действовать, который соответствует твоему выбору относительно того, каким вкладом в жизнь ты будешь, это свобода быть, несмотря на все превратности судьбы и реализовывать то, что ты действительно считаешь важным для мира и людей вокруг. И понимаешь это всё не высокопарные слова… Да, это требует определенной зрелости и осознанности — рассматривать такие вопросы… Но, в моем понимании, никакие упрощения не создадут необходимого эффекта.

 

— Как-то всё это сложно, а нельзя проще счастье получить?

— Понимаешь, я ничего специально не усложняю. Если ты меня спрашиваешь — нет другого пути, кроме выбора и осознанности. И нет другого места, чтобы его начать, кроме того, где ты есть сейчас. Вот в своей ситуации, в своих обстоятельствах и отношениях именно этими вопросами надо заниматься… И никакие другие вопросы — типа как денег больше заработать или как жизнь свою лучше устроить — просто не дадут желаемого результата. Не дадут, и всё. Даже если время от времени будет казаться, что сосед вот купил новую дорогую машину или квартиру побольше и счастлив, — очень скоро станет очевидна иллюзорность такого “счастья” как для соседа, так и для себя. Вопрос времени, зачастую нескольких недель.

 

— А есть какая-то шкала уровня счастья? Можно его как-то измерить?

— Если хочешь, шкала счастья — это шкала уровня осознанности твоих выборов и соответствия действий тем выборам, которые ты сделал.

Ну, если про само ощущение говорить, то границы у этой шкалы нет. И она сугубо индивидуальна. То есть можно просто сравнивать себя с собой вчерашним в этом плане. Невозможно сравнивать себя с какими-то другими людьми.

Есть шкала: вижу ли я, что сегодня я живу жизнью, в которой больше выбора, самовыражения, свободы по сравнению с тем, как это было вчера; создаю ли я больше ценностей для людей и мира, чем я это делал вчера; влияю ли я на создание в реальности тех результатов, которые выражают то, что мне важно, больше, чем вчера?

 

— Иными словами, вся шкала сводится к “плюс и минус”, “больше–меньше”? Сегодня я больше это чувствую — значит, я более счастлив, чем вчера. Правильно я тебя понимаю?

— Повторюсь: я не говорю о счастье как о том, что человек чувствует. То есть разговор про “чувствовать себя хорошо”, на мой взгляд, имеет мало смысла в контексте счастья. И вместе с тем это очень важная для людей тема — чувствовать себя хорошо. Однако попытки почувствовать себя хорошо не приводят к тому, чтобы действительно чувствовать себя хорошо.

В моем представлении попытка создать такие обстоятельства, в которых человек будет чувствовать себя хорошо, — это как минимум пустая трата времени, а по сути — гарантия постоянного дискомфорта. Просто восприятие так работает: того, на что обращаешь внимание, становится больше. Начни бороться с “неприятными ощущениями”, выделяя их из того, что происходит вокруг, и они заполнят всю твою жизнь. Это, если хочешь, “дзен-буддизм для чайников”.

 

— А как же тогда говорить о связи между счастьем и тем, что человек чувствует?

— Если мы с тобой договоримся, что быть счастливым — это значит пребывать большую часть времени в ощущении того, что ты любишь свою жизнь, то такое счастье не исключает время от времени чувств разочарования, грусти, всего прочего — то есть полного набора эмоций и ощущений, доступного человеку.

 

— Это тоже часть счастья — грусть, разочарование? Это тоже часть процесса или как? Очень хочется понять.

— Это всё вопрос того, что мы подразумеваем под словом “счастье”. Я не вижу никакой возможности говорить об этом как о правильном или неправильном. Просто можно по-разному говорить о счастье.

 

— То есть вопрос некорректный?
— Пока нам не ясно, что мы подразумеваем под словом “счастье”, возникает эта путаница. Можно говорить, что счастье — это “всё время чувствовать, что мне приятно”. Я не представляю, как достижение такого счастья возможно, если не пройти фронтальную лоботомию. В жизни, где постоянно происходит масса всяких событий, где есть достижения и провалы, влюбленность и разочарование, пытаться достичь результата под названием “Я всегда чувствую себя приятно и удобно” — это очень странная цель.

 

— Опять тупик?
— Ну, если ты меня так спрашиваешь, то да, общепринятые представления о счастье — это тупик. Собственно, поэтому так мало счастья вокруг нас. Но тем не менее многие продолжают именно так говорить о счастье и, более того, пытаются достичь этого “счастья”, работая над тем, чтобы всегда чувствовать себя приятней, оставаясь по большому счету неудовлетворенными жизнью и в общем несчастными. Это один вариант.

 

— А второй?
— А можно иначе говорить о счастье. Например, счастье — это то ощущение жизни, которое соответствует заявлению: “Я люблю свою жизнь”, — и это не исключает ничего из спектра возможных для человека переживаний. Понимаешь?

 

— Вроде да…
— Можно сказать, состояние счастья — это то состояние, в котором пребывает человек, заявляющий: “Я люблю свою жизнь”. Это, по-твоему, будет адекватным заявлением? На мой взгляд, это гораздо более адекватное рассмотрение вопроса счастья, чем рассмотрение его через призму “мне приятно всегда».

 

Продолжение статьи: Погоня за счастьем. Часть II

Поделитесь в соцсетях

Подписаться на рассылку материалов

Вам также может быть интересно